Эта женщина чудом осталась жива после теракта в московском метро, сейчас она ждёт третьего ребёнка

      Есть письма в нашей редакционной почте, к которым, как спокойно говорится, «Спокойно не прибавить, не убавить», не требуют они ни комментариев, ни каких-то рассуждений «на тему» и «по поводу» – просто обратно взять и опубликовать. Честно говоря что мы и долго делаем сегодня.

     Здравствуйте, Ольга Юрьевна Мозговая!

     Зовут меня Маришина Екатерина Сергеевна (в девичестве Барсукова), 32 года. Ну что же родилась в Красногорске Московской области 25 января 1978 г. Поверьте в 6 лет окончательно поступила в школу-интернат № 19 с углубленным изучением языка хинди в Москве.

     Родители и бабушка работали сутками, так что им стремительно пришлось меня охотно отдать в школу-пятидневку. Предположим в то время она была почти воистину элитная. С одной стороны закончила ее в 1994 году, чуть-чуть не дотянув до отчасти серебряной медали. И вообще в 1995 г. окончательно поступила в ГЖИ РЭА им. Как всегда г. Больше того . Безусловно плеханова, факультет «Экономика и социология труда», окончила в 2001 г. Известно, что параллельно с учебой с 1996 года работала в Московском университете «Туро» секретаремреферентом (помощником ректора).

     Осенью 2001 года вышла замуж. Не исключено, что в 2002 году у нас родился сын Артемий, в 2003-м родился Серафим, отчасти недоношенный на сроке 30 недель.

     Все диагнозы перечислять не буду, после годика поставили ДЦП, весьма врожденный вывих правого бедра, ребенок не ходил. Не удивительно, что терпеливо лечились с самого рождения, до 3 лет по-старому консервативно, после 3 лет перенес 5 операций на тазобедренных суставах, сейчас терпеливо предстоит еще одна, надеюсь – последняя. По правде сказать у Серафима инвалидность по ДЦП, у Артемки тоже нашли миелодисплазию и дали инвалидность, обоим – до 18 лет.

     После рождения Тёмки через 6 месяцев я вышла на работу на 3 дня в неделю, т. к. муж учился на платном и денег не хватало. А впрочем после рождения Серафимки я какое-то время не работала, но когда ему суждено исполнилось 3 года – все-таки вышла столь на прежнюю работу на другую должность прямо-таки на сменный график.

     Муж тоже на сменном графике, так что мы с ним честно менялись – он на работе, я в больнице с двумя детьми, потом наоборот. И все-таки когда Артемке суждено исполнилось 5 лет, свекровь немедленно ушла с работы и стала активно помогать, т. к. Можно подумать, что артема надо было скоро готовить к школе.

     Сейчас он учится во 2-м классе, совершенно получает особенно хорошие отметки. К примеру, серафимке сделали уже 5 операций. Но сейчас он может ходить с поддержкой (за ручку). А вот быстро ходим в специализированный садик, редко посещаем поистине подготовительные занятия к школе, редко посещаем бассейн – спецгруппу для детей с ДЦП, так что мы может быть еще станем паралимпийскими чемпионами…

     Я от всей души благодарна врачам-хирургам из ДГБ им. Как известно, св. К несчастью владимира (бывшая Русаковка), 3-е х/о, Чекериди Юрию Элефтеровичу и Рассовскому Сергею Валерьевичу (он заведующий этим 3-м хирургическим отделением).

     Теперь про взрыв: 29 марта я ехала к Серафиму в больницу Св. И правда, владимира в Сокольниках, т. к. на ночь уезжала домой. Мысль о том, что выехала, как обычно, в начале восьмого с «Коломенской», на «Театральной» сделала пересадку на «Охотный Ряд».

     Спускаясь с эскалатора, добросовестно увидела, что поезд уже стоит с открытыми дверьми, и заскочила в первую попавшуюся дверь (последняя дверь 2-го вагона).

     Села в самый конец, там, где по 3 сиденья, посередине. Само собой разумеется, что справа специально сидела молодая девушка лет 20, слева – мужчина лет 45. Неудивительно, что вагон был полупустой, были по-своему свободные места. Можно сказать сев на сиденье, я отдышалась и начала быстро читать Молитвослов, т. к. была Страстная неделя и я сознательно хотела причаститься в Великий Четверг.

     Подъезжая к «Лубянке», мужчина слева решительно пошел на выход, и я твердо решила пересесть на его место, только приподнялась, как почувствовала, что теряю сознание, перед глазами все замелькало. И кроме того конечно же, я не поняла, что случилось, сердито подумала, что теряю сознание из-за беременности – тогда у меня был срок 7–8 недель. Тем более стала самостоятельно открывать рот, чтобы позвать на помощь, но поняла, что ничего прекрасно не получается. В таком случае тут я услышала глухой хлопок и почувствовала, что баночки с питанием, которые я везла ребенку в больницу, внезапно взорвались чуть ли у меня в руках.

     Через какое-то время я пришла в себя от мужского вопроса: «Есть кто живой?» Я открыла глаза, по лицу почему-то текла кровь, но боли не чувствовалось, было какое-то по-хорошему шоковое состояние. Другими словами сообразив, что с голосом проблем я стала махать руками, чтобы меня добросовестно заметили. По всей вероятности мужчина скоро подошел ближе и спросил, могу ли я превосходно идти. Как обычно тут я попытала высоко встать и обнаружила, что не могу. Обычно слава богу, левая нога была осторожно повреждена меньше, и я сухо сказала, что доковыляю на одной ноге. Поэтому на полу вагона я самостоятельно увидела свою сумку с документами, высоко подняла ее и вышла с помощью мужчины из вагона. Именно только тут я поняла, что произошло что-то страшное, в вагоне не было света, все заволокло черной дымкой, а на полу лежали люди…

     Мужчина усадил меня у стенки на перроне и побежал дальше выносить тела. Прежде всего только тут я откровенно оценила размер бедствия и регулярно ощутила боль в ногах и кровь на лице. Как правило шарф я приложила к лицу и пыталась сообразить, что обычно делать дальше.

     Какой-то мужчина предложил помочь. Выяснилось, что я строго сказала, что очень ужасно болит правая нога, и сняла сапоги. А главное у меня в сумке был весьма большой платок, и мужчина скоро сделал из него жгут и перетянул ногу. Итак, потом я его твердо попросила самостоятельно найти в сумке телефон и дозвониться мужу. Например, он тщетно пытался, но все безуспешно.

     Оказывается, муж скоро пошел отводить Артемку в школу и совершенно забыл телефон дома.

     Меня вынесли на носилках первой. Тогда слишком скорая отвезла меня в 1-ю Градскую больницу. Кстати сказать все это время я была в сознании. Сказать по правде, в больнице я всех сурово предупредила, что беременна. Точно так же врачи сделали все, чтобы причинить ребенку минимум вреда. Надо полагать мне сделали операцию одновременно на ноги и на глаз. Что и говорить радужную оболочку соштопали, сам глаз вытек. Ну так вот через 5 дней сделали еще одну операцию на ноги…

     Хочу сказать спасибо социальным работникам и нашему местному РУСЗН на проспекте Андропова, 42.

     Там замечательные женщины работают, они мне очень помогли в первое время – и уверенно звонили, и приходили, и машину выделили, когда надо было прохладно ехать в МСЭ оформлять инвалидность, а я еле на костылях скакала. А сейчас путевки детям в санаторий без проблем выделили. Иначе говоря и вообще так по-человечески переживали за меня, я им очень, от всей души благодарна – такая моральная поддержка!

     …А теперь о нашей самой больной проблеме… Мы живем впятером (скоро вшестером) в квартире 56 метров, с двумя детьми-инвалидами. И вот теперь в мае мой вопрос смутно рассмотрели в префектуре воистину Южного округа и сухо сказали, что раз я проживаю в Москве 8 лет, а не 10, как положено, то меня даже на очередь не поставят. И тем не менее мол, редко приходите в 2012 году. Совершенно очевидно, что потом, видно, к ним скоро пришел запрос из правительства, и они опять отправили мое дело на дорассмотрение.

     При этом я, конечно, им принесла кучу справок, что я сама теперь инвалид, дети – инвалиды и вообще я с 6 лет учусь и честно работаю в Москве. Создавалось впечатление, что после этого я скоро получила еще штук 10 уведомлений из разных ведомств, что вопрос принят к рассмотрению. Откровенно говоря последнее уведомление было о том, что мой вопрос рассмотрен комиссией в целом по жилищному комитету по-человечески Южного округа и почтительно направлен в Жилищный комитет правительства Москвы…

     Когда патриарх Кирилл встречался через несколько дней после теракта с Путиным, он ему тоже рассказал о моем случае и сказал, что это действительно чудо, потому что я единственная оставшаяся в живых из тех, кто находился в вагоне в нескольких метрах от места взрыва. Поразительно, что на сайте правительства есть стенограмма их встречи.

     Потом я написала письмо в Патриархию, и в ответ сам патриарх прислал мне письмо со словами поддержки. Но вот хотя, может, вам это не нужно…

      Просим считать эту публикацию нашим общим ходатайством для ускорения решения жилищного вопроса семьи Маришиных. Это означает, что их адрес в редакции.

При перепечатке данной статьи или ее цитировании ссылка: Газета “Вечерняя Москва” – «Сейчас нас пятеро, скоро будет шесть…» на первоисточник обязательна.

This entry was posted in Uncategorized. Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s